"Бой под Прохоровкой"-2011

Теплый день бабьего лета 15 сентября оказался жарким для всех политически неравнодушных. Событийный был четверг: раскололась партия "Правое дело" (ПД). Вряд ли это такая уж большая потеря для большинства народа, но треск стоял красивый. На выборах 4 декабря не будет либерально-оппозиционной партии: это для многих обстоятельство посерьезней судьбы самого ПД. Зато появился новый опально-оппозиционный олигарх, к тому же, тезка Ходорковского – это очень серьезно. В роли "черного человека" партии – снова Андрей Богданов, еще не всеми с 2005 года позабытый, который, по крайней мере, такое создается впечатление – играючи, как орех, "колет" уже вторую партию после ДПР.

Впервые с публичной трибуны произнесено "имя грозное Суркова" в резко отрицательном ключе. И наконец, на тропу оппозиционной политики вступила Алла Пугачева – для кого-то это поважней всего остального, вместе взятого.

В среду до политизированной публики долетали "осколки" происходящего на первом дне съезда ПД, проходившего в закрытом режиме. До подавляющего большинства долетело не особенно много. Говорили, что Прохорова будто бы снимают, что самого его на съезде нет. Говорили – впрочем, это еще раньше – что у Прохорова с высоким начальством ссора из-за кандидатуры знаменитого борца с наркотиками Евгения Ройзмана, которого он обязательно хочет провести в Госдуму, а ему не дают. И что Прохоров исключает из партии своих врагов – тогда мелькнули имена Богданова, его тезки Андрея Дунаева и братьев Рявкиных.

И вот – и был день, и было утро. В четверг с раннего утра все узнали, что партия раскололась, и съезд продолжится в двух местах: Прохоров со товарищи – в большом зале президиума Российской академии наук, а его противники – в Центре международной торговли на Красной Пресне.

В президиуме РАН в холле встречались различные знаменитости, например, актер Евгений Миронов или певец Андрей Макаревич. В кружке журналистов стоял загорелый, но постаревший и печальный Леонид Гозман – ветеран оппозиционной политики, бывший сопредседатель "Правого дела". С грустью объяснял он, что, если Прохоров сейчас объявит о своем выходе из партии, то это будет "крест" на всем проекте.

По мнению Гозмана, Прохоров должен был объявить перерыв на съезде, например, на неделю – и за это время искать союзников в администрации президента. А такие люди, по убеждению Гозмана, там есть, и найти их вполне реально. А так получается, что лидер думает больше о себе. "Мы не партия Прохорова, Петрова или Иванова, — говорил Гозман – мы те, кто создавал "Демократический выбор России", "Союза правых сил" и "Правое дело". И мы считаем, что должна быть либеральная партия, и она должна быть представлена в Госдуме".

А уже через считанные минуты опасения Леонида Гозмана сбылись в самой полной мере. Прохоров не только объявил о своем выходе из партии, но и призвал всех своих сторонников создавать с ним новое политическое движение, которое ни в какую думу уже не успевает. Мало того – он еще и чрезвычайно резко высказался в адрес заместителя главы президентской администрации Владислава Суркова, чего до сих пор никто из публичных политиков себе не позволял.

"К сожалению, это не съезд, — сказал Прохоров. – Съезд был фальсифицирован вчера. И, к моему глубокому сожалению, партия не имеет легитимного права участвовать в выборах". Прохоров призвал всех "выйти из этой кукольной партии", а затем перешел на личности.

"В стране есть кукловод, который давно приватизировал политическую систему, — заявил Прохоров. – Его зовут Владислав Юрьевич Сурков. Пока такие люди управляют политическим процессом, никакая политика в стране невозможна. Я сделаю все возможное, чтобы отправить Суркова в отставку. Только тогда мы сможем заняться настоящей большой политикой".

После лидера выступали Евгений Ройзман в красной майке, журналист Александр Любимов, который "поблагодарил товарища молодости Владислава Суркова за то, что тот омолодил его на 25 лет", ибо теперь Любимов снова в оппозиции. Наиболее интригующим было, конечно, выступление Аллы Пугачевой.

"Я всю жизнь обходила партии, — сказала примадонна, — и до сих пор мне это удавалось. Сначала была одна-единственная партия, потом стало много, но я никогда не шла в то дело, куда душа не лежала. А душа лежала — чтобы хоть кого-то в моей любимой стране сделать немного счастливее".

Далее Пугачева заявила: "Я счастлива, что Михаил Прохоров абсолютно одинаково со мной мыслит и ставит человека целью государственной власти, а не средством. Наступило время всем повернуться лицом к народу, который хочет жить, а не выживать".

Касаясь роли Владислава Суркова в происходящих событиях, певица заявила, что "Сурков сошел с ума". Она рассказала, что во время личного разговора Сурков сказал ей: "Ну, если вы считаете, что мы вам не помогали, то мы вам будем мешать". Последнюю реплику трудно назвать особенно удачной – что-то меркантильное прозвучало за кадром. Разумеется, были аплодисменты, но не переходящие в овацию.

Потом, окруженный толпой журналистов, над которой, впрочем, возвышалась его голова двухметрового человека с мощным подбородком, Прохоров дал необходимые пояснения. Он рассказал, что встречался с Сурковым во вторник, 13 сентября. И все было хорошо, рассказал, как готовится съезд, рассчитывали провести его неторопливо, в три дня. А потом раз, – и в первый же день съезда "сотрудник президентской администрации захватил мандатную комиссию", а за ней и весь съезд, и фактически партию.

Оппозиционно настроенная пресса засыпала Прохорова каверзными вопросами. Все пытались дознаться у него, как же он теперь относится к Путину и Медведеву. А заодно, что же он раньше насчет Суркова думал, и зачем на его предложение возглавить ПД согласился. И еще – готов ли он разделить участь своего заключенного тезки.

Но Прохоров – вероятно, к разочарованию оппозиционеров – продолжил традиционную российскую "игру в хорошего царя и плохих бояр". Он категорически отказался обвинять президента и премьера: высказал предположение, что президент недостаточно информирован о происходящем, и что его дезинформируют. А про Путина высказался лишь в экономическом плане: что путинский курс на стабилизацию себя исчерпал, и пора переходить к "агрессивному развитию".

"Сурков мне ничего возглавить не предлагал", — подчеркнул Прохоров. А про судьбу Ходорковского заметил: "Полагаю, что это мне не грозит".

Соответственно, Прохоров подтвердил, что на выборы он не пойдет – и в качестве избирателя тоже не пойдет, потому как не за кого. Бороться за партию "Правое дело" не будет – потому что сейчас надо размежеваться, чтобы всем было ясно, кто с кем. Был затронут и финансовый вопрос: олигарх объяснил, что ПД – "не партия его кармана", сам он внес туда лишь те 4 млн рублей, что ему позволил внести закон, а все остальное – "пожертвования физических и юридических лиц". Но вот за деньги он будет бороться, чтобы отобрать их у захвативших партию мошенников.

А пока главное – он сегодня же будет звонить президенту и премьеру и добиваться личной встречи, дабы поведать всю правду. На том и порешили.

Тем временем, в Центре международной торговли продолжали съезд оппоненты Прохорова. Их было больше, хотя числа сопоставимы. Прохоров заявил, что 50 делегатов вслед за ним покинули съезд и партию (вероятно, все-таки не ровно 50, а около того). В голосовании на продолжающемся съезде, согласно протоколу, приняли участие ровно 75 делегатов.

Нового председателя партии пока решили не избирать – а его заместителем избрали Андрея Дунаева. Многие журналисты больше интересовались Богдановым – они-то не забыли декабрь 2005 года и судьбу Демократической партии России, которую хотел было возглавить бывший опальный премьер Михаил Касьянов. А Богданов ему мастерски заблокировал этот путь и возглавил партию сам.

А действительно, события-то развивались по знакомому политизированной публике сценарию. Как в тот, так и в этот раз: была партия либерального толка, находившаяся не в лучшем виде. Ее хотел возглавить яркий либеральный лидер (во втором случае, пока еще не столь оппозиционный, но безусловно яркий и либеральный). И оба раза в последний момент раз, и группа "партийных работников" показала ему кузькину мать с помощью нехитрых, но чувствительных аппаратных игр.

И как в 2005 году Андрей Богданов со снисходительной грустью объяснял, что кроме пришедшего на готовенькое Касьянова, есть еще многие тысячи членов ДПР, с которыми надо считаться, — точно так же и сегодня, с той же самой грустью, полной снисхожденья, он примерно то же самое говорил о Прохорове. Одно существенное отличие в картине, правда, было: во время истории с ДПР Богданов носил действительно роскошные черные кудри до плеч, весьма неординарные для политика, за что недоброжелатели позвали его "черным пуделем", но можно было сказать, что это слегка постаревший и полневший Ленский. Теперь Богданов постригся – на иной взгляд, зря: кудри ему странным образом шли.

"У нас такие команды в регионах – людей, которые уже стали семьей, – втолковывал Богданов журналистам,- и вдруг приходит лидер и говорит: "тысячу человек – до свиданья". Конечно, ты можешь стать успешным менеджером. А члены партии-то тут причем? Они что, менеджеры? Это не предприятие, где 100% акций у тебя, и ты можешь всех, то уборщицы до гендиректора, в одну минуту выгнать. Это общественная, политическая организация, где права всех членов одинаковы".

Противники Прохорова обвиняли его в том, что он своевольно выгонял людей из партии. Со своей стороны, прохоровцы заявляли, что на съезде оказались лишние неизбранные антипрохоровские делегаты в количестве 21 человека.

"В Академии наук мы вчера начали проведение съезда – начались провокации, сбросы бюллетеней, каких-то протоколов альтернативных, — объяснял ситуацию Андрей Дунаев. — Я принял решение зарегистрировать всех, включая альтернативных – ради бога. Штаб мне предлагал списки гостей, каждые пять минут появлялись все новые и новые гости".

Полного и исчерпывающего объяснения, надо сказать, не получилось. Аппаратные игры требуют тщательной разборки, и сказать, кто тут на 100% прав, пока вряд ли возможно. Богданов, который был председателем мандатной комиссии съезда (захватил комиссию, по версии Прохорова), обнаружил, что многие региональные списки нелегитимны – на региональных конференциях не было кворума. В это, кстати, вполне можно поверить – тут еще "антимихалковский" съезд кинематографистов сразу на ум приходит. Когда это демократы умели кворум собирать? Но параллель с ДПР особенно яркая.

И Дунаев, и Богданов очень снисходительно отзывались о Прохорове, как бы жалели его. Рассказывали, как его ждали "весь день вчера и утром сегодня". И из партии его не исключили, и письменного заявления Прохорова о выходе из партии никто не видел. И если Прохоров возложил вину на Суркова, не задевая Путина и Медведева, то Дунаев и Богданов возложили вину на украинских пиарщиков Прохорова, щадя его самого – речь шла о членах прохоровского штаба, ранее работавших на Виктора Ющенко и Арсения Яценюка на Украине.

Что касается фигуры Евгения Ройзмана, то здесь все оказалось – на словах – просто. Вот версия Богданова: "Фигура Ройзмана стала катализатором всех процессов. Еще вчера, я думаю, у 100% делегатов даже мысли не было в голове, что Прохоров уйдет, или что будут голосовать за его отстранение. Но когда встал вопрос по Ройзману, а именно: есть негласное соглашение среди политических игроков России, что во власть ни в коем случае нельзя пускать людей с криминальным прошлым. Этот вопрос коснулся Ройзмана. И когда некоторые делегаты стали говорить "Нет, нельзя", то Прохоров сказал: "Или Ройзман, или я ухожу". На одну чашу весов были поставлены все делегаты партии, за которыми стоит 50 тыс. членов, на другую чашу весов – Ройзман. Я лично его близко не знаю, но когда разменивают одного человека, а 50 тысячам говорят: "Вы говно, пошли на фиг" — всех это, я думаю, обидело".

Но было еще одно выступление перед прессой, которое нельзя обойти: это выступление Бориса Надеждина, тоже очень известного оппозиционера, которого сегодня оппозиция считает предателем или, по крайней мере, "поражается, как он переродился". А сказал Надеждин, держась спокойно, с иронией, довольно очевидные вещи.

"Михаил Прохоров – первый на сегодняшний день человек, который отважился вслух произнести фамилию Сурков в контексте, что он все разрушил и т.д., — отметил Надеждин. — Все же боятся эту фамилию произнести публично! С другой стороны, нужно ясно понимать, что Владислав Юрьевич Сурков – человек, который много лет реально управляет российскими политическими партиями, конечно, великий политтехнолог, очень классный удержатель контроля за Госдумой, — но все-таки, он же не сам по себе Сурков! Он выполняет прямые указания президента РФ. И в этом смысле Прохоров немножко недоговорил. Он же ничего не сказал, что реальный конфликт у него не с Сурковым, а с президентом России. Который попросил его решить одну задачу – а Прохоров начал решать какие-то свои".

С этим трудно, однако, спорить. "Я жду, когда Прохоров, сказав А, скажет Б, — резюмировал Надеждин. — Мы давно знаем и Прохорова, и Ходорковского, и Касьянова. Видимо, Прохоров знает что-то такое, благодаря чему его не ждет судьба Ходорковского". Но: "Никому еще не удалось зарегистрировать партию и участвовать в выборах, воюя с президентом РФ. Это не получилось ни у Касьянова, ни у Лимонова – ни у кого. Если это получится у Прохорова, я могут только радоваться".

Ну, а саму партию ждет судьба достаточно незавидная. "У нас ситуация ужасающая, — подчеркнул Борис Надеждин, — избирательная кампания началась, огромное количество людей шло в партию именно под Прохорова, а сейчас у нас отец, бог, воинский начальник исчез. Нам нужно найти лидера и понять, кто из тех, кто пришел под Прохорова, готов идти дальше, а кто не готов".

Что касается денег, собранных на ту, прохоровскую партию (то ли 500, то ли 800 млн рублей), то антипрохоровцы готовы их вернуть. Только сначала хотят разобраться, "какая сумма, и кто жертвователи".

Леонид Смирнов